Илья Павлович Тутаев
Илья Тутаев прожил двадцать лет, но его фамилия стала названием целого города. Он не был полководцем или основателем поселения. Чтобы понять эту связь, нужно обратиться к жизни Романово-Борисоглебского уезда в годы Первой мировой войны и революции, а не переносить на молодого солдата позднейший образ большого исторического героя.
Тутаев родился в 1897 году в деревне Боркино Бежецкого уезда Тверской губернии. В 1912 году семья переехала в Куприянцево, неподалёку от Романова-Борисоглебска. Сведения о его юности сохранились в краеведческих материалах, собранных после его смерти: работа в сельском хозяйстве, помощь семье, затем призыв в армию в 1916 году. Подробные рассказы о характере и разговорах солдата относятся к воспоминаниям, а не к его собственным запискам.
В 1918 году он вступил в формировавшийся в городе красноармейский батальон. Летом отряд участвовал в событиях вокруг Ярославского восстания. Краеведческое исследование обстоятельств гибели связывает смерть Тутаева с разведкой у дачи Лопатина на Волге в июле 1918 года. Это была часть вооружённого противостояния Гражданской войны; пересказывать её языком торжественного советского очерка означало бы принять политическую оценку за нейтральное описание.
Название Тутаев город получил в ноябре 1918 года. Так короткая биография бойца оказалась включена в историю двух волжских берегов. Его связь с городом не исчерпывается поздним памятником: здесь формировалось подразделение, в котором он служил, а семья жила в окрестном уезде. При этом называть Романов-Борисоглебск местом его рождения неверно.
Что сохранила память
Гуляя по городу, вы встретите два слоя названий: современное имя и Романов-Борисоглебск в рассказах о старых кварталах. Они относятся к разным эпохам одного места. Знакомство с биографией Тутаева помогает увидеть, почему спор об имени города затрагивает не только географию, но и отношение к революции и Гражданской войне.
О свидетельствах
Биография восстанавливается по местным исследованиям и публикациям архивных материалов. Поздние воспоминания содержат подробности, которые нельзя автоматически считать документально установленными. История службы полка также не доказывает личного участия конкретного солдата во всех его сражениях.